Валентин Юркин: «В мире идет гонка интеллектуального вооружения».

Легендарная «Молодая гвардия» отмечает 95-летний юбилей. О традициях, истории, новаторстве и современности мы поговорили с генеральным директором акционерного общества Валентином Юркиным.

культура: Дата более чем впечатляющая, особенно если учесть испытания отечественного книгоиздания на рубеже веков. Вас наверняка спрашивают, насколько сложно было выстоять?

Юркин: Конечно, удивляются, как нам удалось выжить. Времена были тяжелые, а порой и вовсе опасные: коррупция, криминал, рейдеры. Был случай, когда от захватчиков нас спас лично Владимир Путин. Но все-таки мы выстояли, спасли «ЖЗЛ» — в ней уже 1850 томов. Нам не привыкать, даже в годы Великой Отечественной наша работа не прекращалась, печатали инструкции для снайперов и минеров, брошюры для партизан, стихи Симонова и Твардовского, выходила серия книг «Великие русские люди» — всё шло на фронт, в окопы. Слагаемых победы много. Первое — это патриотизм коллектива, сплоченность. Плюс — кодекс и память «Молодой гвардии». Мы стоим на плечах великих предшественников: Флорентия Павленко — создателя «ЖЗЛ» — и Максима Горького, реанимировавшего биографический жанр в СССР и передавший свой опыт «Молодой гвардии». Нам дороги имена выдающегося просветителя Николая Рубакина, великого Ивана Сытина. Разумеется, не чужой и первопечатник Иван Федоров. В знак признательности о каждом из них нами созданы отдельные жизнеописания. У нас есть ощущение творческой ярости, желание сделать для сегодняшней России, ее культуры и молодежи по максимуму. В нас сохранился «ген масштабности» и жажда просветительства, ведь до 1990 года из цехов «Молодой гвардии» ежедневно выходило 150 тысяч популярных книг и полтора миллиона юношеских журналов. Это 35—40 миллионов книг и 500 миллионов журналов в год.

культура: История действительно богатейшая. Наверное, в стенах издательства побывали все писатели ХХ века…

Юркин: «Молодая гвардия», часто становившаяся первооткрывателем талантов, была любима русскими писателями. Виктор Астафьев, Юрий Бондарев, Василий Шукшин, Василий Белов, Василь Быков, Валентин Распутин, Владимир Солоухин, Расул Гамзатов, Юрий Нагибин, Александр Яшин, Юрий Поляков и многие другие, не менее именитые, приезжали на Сущевку, 19, как в родной дом. Осталось множество свидетельств, писем, фото, ярких признаний об этом исключительно плодотворном этапе и издательства и литературы. Кстати, сейчас Ольга Лосева — вдова Валентина Григорьевича — готовит к печати переписку Распутина с Астафьевым. А 15 марта Распутину исполнилось бы 80 лет — к этому юбилею Андрей Румянцев написал достойную биографию с предисловием Владимира Толстого.

С молодогвардейцами дружил Юрий Гагарин, в последний раз приезжал подписать верстку книги «Психология и космос» за неделю до трагической гибели. В 2011-м, в год 50-летия полета, прозаик и критик Лев Данилкин подготовил книгу о Юрии Алексеевиче. Авторами «Молодой гвардии» и гостями молодогвардейцев был весь цвет покорителей рейхстага: трижды Герой Советского Союза летчик Иван Кожедуб, дважды Герой маршал Савицкий, дважды Герой маршал Василий Чуйков.

Урок Великой Отечественной в «Молодой гвардии» не забыт. А потому для молодежи создана впечатляющая галерея защитников Отечества от Александра Невского, Дмитрия Донского до Рокоссовского, Василевского и Георгия Жукова. Книга Николая Долгополова «Надежда Троян» недавно была презентована в Первом медицинском и Культурном центре ФСБ. Заезжали к нам и знаменитые иностранцы: норвежский археолог, писатель, путешественник Тур Хейердал, английский классик Грэм Грин.

культура: Сейчас много говорят о закате «эпохи Гутенберга». Как думаете, эти опасения имеют под собой почву?

Юркин: Горько слышать о скорых поминках печатной продукции. Поторопились. Неоспоримый факт — книга эволюционирует. Процесс неизбежный, иначе мы бы сегодня остались при глиняных табличках, папирусе и бересте. Интернет и электронные средства коммуникации взяли на себя лишь часть функций. Какую бы форму не получила бы книга, текст — главное в книге — остается неприкосновенным. Меня поразило пророчество Льва Толстого: «Суть книги — вечна, какой она была ранее, такой останется и теперь, такой перейдет и в далекое будущее: суть эта — увековечивание мысли, воплощение ее в доступном по возможности виде посредством письменности или видимых знаков».

За последние сотни лет за счет обложки, многообразия форматов, шрифтов, блестящих иллюстраций печатная книга превратилась в подлинное искусство особого рода. Вспомним Библию, «Божественную комедию» или «Дон Кихота» с иллюстрациями Густава Доре.

культура: Так может ли интернет, на Ваш взгляд, полностью заменить книгу?

Юркин: Скорее следует говорить о взаимодействии. Печатная продукция проявляет необычайную устойчивость. Производство книг в США, Великобритании в 2016 году только росло, впрочем, как и все мировое книгоиздание. «Закат эпохи Гутенберга» — штамп сродни знаменитой фразе из фильма «Москва слезам не верит»: «Не будет ни театра, ни кино, одно телевидение». Глубоко прав Герман Гессе: «Без книги нет истории, нет цивилизации».Энтузиазм оптимистов поддержал знаменитый Умберто Эко, заметивший, что книга сродни ложке, молотку, колесу или ножницам: лучше них, однажды изобретенных, уже ничего не придумаешь.

В России пессимизм связан с тем, что в 90-е в момент политического, хозяйственного, гражданского коллапса обнищавшим и напуганным людям было не до чтения — надо было выживать. Исчезли влиятельнейшие издательства, тиражи уцелевших упали в 40—50 раз. «Толстые» журналы -властители дум, такие как «Новый мир» или «Знамя», — стали влачить жалкое существование. В эти десятилетия родилось и выросло поколение без прививки книгой, а их дети — нынешние школьники — погрузились в гаджеты, игры, в соблазнительное пространство интернета, таящего в себе массу опасностей.

И тем не менее подвижничество писателей, издателей, библиотекарей, музейщиков спасло культуру от деградации, в чем-то обеспечивают даже прорывные явления. Это относится, конечно, и к работе «Молодой гвардии».

культура: Ваши новинки часто становятся хитами книжных выставок, попадают в лидеры продаж. Споры, а значит, и интерес, вызывают издания о выдающихся политиках современности, о героях прошлого. Тут и Фидель Кастро, и Евгений Примаков, и два тома о Вячеславе Молотове. Привлекает внимание и оригинально оформленная книга «Ленин» с загадочным подзаголовком «Пантократор солнечных пылинок»…

Юркин: Несмотря на трудности склонность главного редактора Андрея Петрова и главного художника Константина Фадина, всего коллектива к поиску и эксперименту в тематике и оформлении книги дает ощутимый результат. Одно за другим появляются мощные издания, затрагивающие разные пласты культуры, политики, философии. Ваша газета благосклонно отметила дневниковые заметки, размышления выдающегося композитора Георгия Свиридова, который предстал перед нами глубоким мыслителем, тонким знатоком отечественной и мировой поэзии, автором проникновенных образов России. Другой заметной работой стала биография Александра Зиновьева, подготовленная Павлом Фокиным при содействии вдовы философа. Помните шокирующее признание Юрия Андропова о том, что мы не знаем общество, в котором живем? Редкий по мощи интеллект Зиновьева позволил вскрывать и язвы бюрократического социализма, и двуличие и глубинные пороки западной демократии. А какой яркий пример для молодежи хранит опыт мыслителя по выстраиванию личных отношений с властью, обществом, окружающими людьми его концепция «Я — государство». Наконец, появление книги о Ленине. Здесь все необычно и нелогично. Огромное теоретическое наследство политика и государственного деятеля: 55 томов Полного собрания сочинений, 40 ленинских сборников, необозримое множество воспоминаний. Оно отталкивает необъятностью. Автору книги потребовалось пять лет. Нужна смелость взяться за такой неблагодарный труд. Мы знали, что Лев Данилкин рвался в космос, когда писал о Гагарине. Чтобы ощутить высоту, прыгнул с парашютом. Есть в его характере что-то особенное, делающее его способным на вызов, заставляющее «штурмовать небо». Первые отклики и рецензии показали, что биография Ленина не просто актуальна, она призывает задуматься над капризами и инструментами истории, подталкивает к новому осмыслению ключевых вопросов развития России за последние 100—150 лет.

культура: Правда, что в советское время в «ЖЗЛ» не было книги о вожде революции?

Юркин: Честные историки и писатели понимали всю сложность работы, особенно для «ЖЗЛ». Конъюнктурщики же иногда прорывались. Одна семейная пара из года в год в погоне за гонораром переиздавала свое сочинение о юности Ленина. При смене руководства решено было заново прочитать рукопись. Оказалось, что в ней все фальшиво, выспренно, патетично — а по сути просто бездарно… Мы отказали, и сочинители начали длительную тяжбу. Впав в неистовство, они стали обращаться в самые высшие партийные инстанции с жалобой на редакторов. Только через год противостояния, собрав девять профессоров, при участии уникальной Мариэтты Шагинян, удалось в конце концов поставить точку в этом деле. Биографии крупных политиков — верный способ постижения эпохи, расшифровывания черных ящиков истории, выверка суровых уроков прошлого. Британский премьер-министр Бенджамен Дизраэли однажды высказал спорную, но интересную мысль: «Не читайте книг по истории, читайте только биографии, потому что это жизнь как она есть, без теории».

Мы вполне будем удовлетворены, если в томе о Ленине Данилкину удастся ответить хотя бы на такой вопрос: «Как случилось, что человек в 46 лет, проживший десять лет за границей и приехавший в Россию в апреле 1917-го, через полгода стал премьером огромного государства?»

культура: Каким Вам видится будущее российской книгопечатной индустрии?

Юркин: Роль и место книги, ее масштаб и миссию необходимо, наконец, соотносить с теми императивами, которые уже на пороге и определяют стран-победителей мирового противоборства. Умная нация — сильная нация. В мире развернулась, можно сказать, гонка интеллектуального вооружения, в связи с тем что уже на рубеже веков доля умственной составляющей в любом виде труда неимоверно выросла и становится все более определяющей. Интеллект властно проникает во все сферы жизнедеятельности: экономику, промышленность, сельское хозяйство, космос, медицину и, конечно, в военное дело. США, Китай, страны Европы бросают немыслимые средства в развитие науки, высоких технологий, инвестируют, в так называемый, «человеческий капитал». Формирование мирового информационного пространства, ускоренная смена технологий уже сегодня предъявляют такие жесткие требования к уровню развития человека, к его интеллекту и образованию, дисциплине и морали, что часть людей выбрасывается за пределы цивилизованной жизни. Теперь одно высшее образование становится недостаточным. Академик Григорий Ройтберг заметил: «Полученных в вузе знаний, даже при красном дипломе, достаточно лишь на пять лет». Учиться теперь необходимо всю жизнь. При этом мы видим, какая битва разворачивается за умы молодежи, в том числе, с использованием уникальных возможностей интернета. Вспомним о российских юношах в рядах ИГИЛ или об интернет-группах самоубийц. В сложнейшем конгломерате духовных процессов именно книг сохраняет потенциал воздействия на нравственность человека. Величайшие мыслители и педагоги мира, опираясь на опыт многих столетий, утверждают: «Ничто не может заменить книгу».

К сожалению, за семь лет объем книгоиздания России уменьшился на 40 процентов. В 2,5 раза снизился выпуск художественной литературы. Средние тиражи из года в год сокращаются, а каждое второе название имеет тираж менее 500 экземпляров. Число покупателей все более сокращается, в частности, из-за неуклонного роста цен. Книги стоимостью больше 1000 рублей уже не редкость. Книгоиздание находится в трудном положении, поэтому оно не развивается в провинции. 90 процентов книг сегодня издаются и потребляются в двух столицах, а огромная Россия обеспечивается литературой по остаточному принципу. Сильнейшее отставание от стран Запада. В Израиле выходит семь книг на душу населения, в Японии одиннадцать, у нас — только три. В основах Государственной культурной политики планку подняли, запланировано достичь к 2030 году выпуск семи книг. Это вызывает лишь усмешку, ведь в СССР было 12. Мы не трогаем содержательную сторону книжной индустрии, ее соответствие потребностям развития страны с учетом мировых тенденций. Российский рынок нуждается в серьезной ревизии и переустройстве. Все структуры государства обязаны всемерно использовать потенциал книги. В апреле этого года мы провели выставку «Молодой гвардии» в Госдуме. Задавали депутатам вопросы: почему Минобороны не покупает для солдат и молодых офицеров книги «ЖЗЛ» о великих людях и полководцах? А предприятия ВПК, где наблюдается дефицит работающей молодежи, не рассказывают о выдающихся создателях отечественного оружия? Почему учителям литературы недоступны блистательные тома о Пушкине, Толстом, Михаиле Лермонтове, Катаеве? А как привлечь юношей и девушек в российскую науку без биографий Циолковского, Вернадского, Чижевского, Курчатова? Не исключено, что книга могла бы помочь подросткам и молодежи до 18 лет, находящихся в местах заключения.

культура: Возможно, проблема в том, что книгоиздание стало прежде всего бизнесом.

Юркин: Именно, А предприниматели, как известно, заботятся лишь о своей прибыли. Зачем им проблемы государства? Российский книжный союз во главе с президентом Сергеем Степашиным набирает силы, но общественная организация не может подменить государство. Нужна государственная программа, обеспеченная финансами, охватывающая книгу, чтение, средства массовой коммуникации, в тесной связи с острейшими проблемами детей, подростков, молодежи, разных возрастов и различных социальных групп. Там, где не стали на этом экономить — в Финляндии, Канаде, Южной Корее, Новой Зеландии — добились блестящих результатов в сфере гуманитарного развития новых поколений. Рано или поздно, но радикальное усиление книги неизбежно.

Газета «Культура»