Александр Куланов. Роман Ким

Он появился на свет в корейской семье, провёл детские и юношеские годы в Японии, затем оказался во Владивостоке, где в апреле 1919 года был мобилизован в армию Колчака (подпоручиком, переводчиком в Штабе Приамурского военного округа). Затем был арестован японской военной жандармерией, сотрудничал с ВЧК — как связной «Максима Максимовича» (Ю. Семенов, начало пути Исаева-Штирлица).

Закончив в 1923 году восточный факультет Владивостокского университета, Ким стал преподавать китайскую и японскую литературу в Московском институте востоковедения, одновременно работая по заданию ОГПУ по вербовке сотрудников японского посольства в Москве и изъятию секретных документов из посольских сейфов. Штатный сотрудник ОГПУ (японское направление советской контрразведки). Награжден именным маузером.

В 1934 году был награжден знаком «Почетный чекист» за номером 857. В 1936 году награжден орденом Красной Звезды «За выполнение особо важных заданий государственной важности». 2 апреля 1937 года Роман Ким арестован, через 5 дней состоялся его первый допрос, который вел оперуполномоченный Верховин, еще недавно служивший вместе с Кимом. 19 апреля Верховин отправляет рапорт заместителю начальника контрразведки Давыдову, сообщая, что «при попытке установления того, как был оформлен арест Ким Р. Н., я установил, что он посажен на основании ордера, полученного в изъятие от всех существующих на сей счет правил и положений…»

Через десять дней начальник Главного Управления Государственной Безопасности НКВД Фриновский подписывает постановление об аресте Кима и того «ставят на бессонницу» — почти 10 суток ему не давали спать. 17 мая после пыток «признавшийся» Ким признается в письме на имя Фриновского, что был завербован японцами путем шантажа. Через день Ким подтверждает «факт своего внедрения в органы ОГПУ-НКВД японским Генеральным штабом для ведения разведывательной работы». Далее — 21 мая того же 1937 года Сталин получает от наркома Ежева спецсообщение, рассказывающее о враждебной деятельности Р. Кима и излагающее подлинную «биографию пойманного шпиона». Этот красочный вариант рассказал сам Ким на допросах: он был внебрачным сыном японского посла Мотоно Итиро в Российской империи, и поэтому настоящее имя Кима было Мотоно Кинго. Образование же получил в «японском императорском лицее», куда его зачислили благодаря высокопоставленному аристократу-отцу.

9 июля 1940 Ким осуждён по статье 58−1а УК РСФСР на 20 лет и 5 годам поражения в правах. 17 ноября 1945 в ходе нового суда по делу Кима состоялась переквалификация преступления на «халатность» и 29 декабря 1945 года Ким был освобожден. 15 мая 1946 года его наградили медалью «Победу над Японией». Через год приняли в советский союз писателей, а в 1951 году была опубликована его книга — «Тетрадь, найденная в Сунчоне». Ким был официально реабилитирован в феврале 1959 года. Возможно, именно та история с «отцом-послом», рассказанная Кимом на допросах, спасла ему жизнь во время Большой чистки. Ведь следователи и оперативные работники (многие из которых и не обладали нужной квалификацией и уровнем знаний, чтобы отличить бойкую выдумку от реальности), должны были фиксировать связи (в том числе и родственные) арестованных с высокопоставленными иностранцами. И дело вовсе не в раболепии, а в том, что такой арестант может «пригодиться». Такую легенду с использование заграничных высокопоставленных персон использовал не только Роман Ким.

«16 июня 1938 года, органами госбезопасности был арестован замначальника НКВД, начальник Рабоче-крестьянской милиции Казахской ССР Михаил Павлович Шрейдер. После девяти месяцев (!) допросов, побоев, пыток Шрейдер тоже понял, что больше не выдержит, и применил ту же тактику, что и Роман Ким. На очередном допросе Шрейдер, которого обвиняли в работе на польскую, немецкую и японские разведки, а также в убийстве Кирова, „во всём признался“, а заодно сообщил, что: 1) будучи в командировке в Эфиопии (!), вступил в интимную связь с дочерью туземного царька Менелика II, которая завербовала его для работы еще на британскую разведку; 2) является к тому же французским и турецким шпионом, а также участником целого ряда троцкистско-бухаринско-фашистских заговоров; 3) на самом деле он — незаконнорожденный сын императора Маньчжурии Генри Пу И; 4) в его заговорщицкую группу входят некоторые сотрудники НКВД, которые его же допрашивали и пытали. В результате следствие запуталось и застопорилось, вместе с откровенно абсурдными признаниями пришлось проверять и другие „откровения“, которые оказались такими же вымышленными. Вместо расстрела Шрейдер получил десять лет лагерей, а в 1942 году, когда шли самые тяжелые бои под Сталинградом и на счету был каждый штык, его отправили на фронт, и он успешно провоевал до конца войны офицером Красной армии».

Источник: ««ФантЛаб»»
Ссылка: https://fantlab.ru/blogarticle49253
Дата публикации: 05.05.2017

Книги