Северянин

«Ваш нежный, ваш единственный…»

978-5-235-04054-0

Игорь Северянин (1887−1941) — знаковое имя Серебряного века, символ эпатажа, игры, куража: «Вонзите штопор в упругость пробки, — / И взоры женщин не будут робки!» С этих строк, обруганных великим Львом Толстым, началась скандальная известность поэта, а с выходом сборника «Громокипящий кубок» (1913) наступило пятилетие невиданной северянинской славы, увенчавшей его титулом «король поэтов» (1918). Однако вскоре «король» оказался в эмиграции, где праздничный его талант стал угасать. Такому традиционному взгляду на судьбу поэта Владимир Бондаренко бросает вызов, доказывая, что настоящий Северянин проявился как раз в эмиграции, а лучший его сборник — «Медальоны» (1934). Собирая факты, автор объездил многие места пребывания поэта — от череповецких селений и эстонских мыз до Югославии и Китая, привлек множество писем, воспоминаний, документов. Данное жизнеописание заряжено на полемику. Так ли был «необразован» Игорь Северянин в свое громокипящее пятилетие, как полагает автор? Необходим ли поэту «диплом»? Что есть поэзия: внушенные пьянящей дерзостью стихи, разошедшиеся на афоризмы, или же отрезвленные возрастом строки?.. В этой полемичности, оживляющей поэта, вписывающей его творчество в сегодняшние темы, заложен основной пафос книги.

Бондаренко В. Г. Северянин: «Ваш нежный, ваш единственный…» / Владимир Бондаренко. — М. Молодая гвардия, 2018. — 409[7] с.: ил. — (Жизнь замечательных людей: Малая серия: сер. биогр.; вып. 111).

Отзывы:

  • Отзыв полезен:
    Положительные качества:
    1. Свой аргументированный взгляд на жизнь и творчество поэта (подробно об этом в моей рецензии). 2. Обилие цитат из воспоминаний о поэте и литературоведческих трудов. 3. Достаточно полная биографическая информация. 4. Чёткая авторская позиция публициста.
    Комментарий (резюме / вывод):
    «Я — ветер, что не петь не может!» (Игорь-Северянин). О книге В. Г. Бондаренко
    Вкусная конфета или пустой фантик?
    Владимир Бондаренко
    Одним он казался почти гениальным,
    Другим — будуарно-бульварно банальным.
    Вадим Шефнер
    Укуси меня, цеце! Я живу в Череповце.
    Игорь Эпанаев, череповецкий поэт
    Я тоже живу в Череповце. В семи минутах ходьбы от моего дома находится здание реального училища, в котором четыре года учился юный Игорь Васильевич Лотарев (1887−1941). В нескольких десятках километров от моего города находится дом в деревне Владимировке, в котором расположился единственный в России литературный музей поэта Игоря-Северянина. Мне нравится его необычный псевдоним с дефисом.
    В моей домашней библиотеке есть несколько изданий Игоря-Северянина (со статьями В. А. Кошелева и В.А.Сапогова), брошюра местного краеведа-историка В. Н. Минина «Усадьба „Сойвола“. Поэтическая колыбель Игоря Северянина» и книга местного поэта Вениамина Мальцева «Король поэтов о короле поэтов». Недавно появился том Владимира Григорьевича Бондаренко «Северянин: «Ваш нежный, ваш единственный…» в знаменитой серии «Жизнь замечательных людей» издательства «Молодая гвардия». Расскажу об этой отличной книге.
    Предлагаю вначале ответить на вопросы викторины, составленной на основе книги Владимира Бондаренко.
    1.Какого поэта побаиваются литературоведы: Иосифа Бродского или Игоря-Северянина?
    2.Где родился Игорь Лотарев: в Череповце или Санкт-Петербурге?
    3.Первое увлечение Северянина: цирк или опера?
    4.Кого в 1918 году в Москве избрали королём поэтов: Маяковского или Северянина?
    5.Каких двух поэтов Северянин считал своими учителями?
    6.Какой сборник стихов Северянина особенно выделяет В. Бондаренко: «Громокипящий кубок» или «Классические розы»?
    Ответы. 1. Игорь-Северянин. 2. Санкт-Петербург, улица Гороховая, 66. 3.Опера. 4.Северянин. 5. Мирра Лохвицкая и Константин Фофанов. 6. «Классические розы».
    В книге Бондаренко 21 глава и приложение: 20 писем Игоря-Северянина Георгию Шенгели, основные даты жизни и творчества, библиография. Автор называет главным знатоком жизни и творчества Игоря-Северянина Михаила Петрова. Биограф подчёркивает, что творчеством Северянина занимаются в основном любители, а литературоведы почему-то им мало интересуются (есть монография В. Терехиной и Н. Шубниковой-Гусевой): «Моя книга о нём — первая попытка развёрнутого жизнеописания поэта». Бондаренко объездил «все возможные места пребывания Игоря-Северянина, что помогло понять его характер и привычки». Владимир Григорьевич считает, что самохарактеристика поэта (царственный паяц) весьма меткая: «Эта надтреснутая чашка ущербной славы мешала его творческой жизни. Царственный — но паяц; паясничающий — но на царстве».
    Из первых глав книги мы узнаем о детстве поэта, петербургском и череповецком (Сойвола, Владимировка, училище в Череповце, реки Суда, Шексна). Игорь Лотарев любил оперу, чтение, но терпеть не мог учиться. Он даже не закончил Череповецкое реальное училище, на этом его образование завершилось. Поэма «Роса оранжевого часа» о детстве и юности Северянина.
    Для всех секрет полишинеля,
    Как мало школа нам дает…
    Напрасно, нос свой офланеля,
    Ходил в нее я пятый год:
    Не забеременела школа
    Моим талантом и умом,
    Но много боли и укола
    Принес мне этот «мертвый дом»,
    Где умный выглядел ослом.
    Убого было в нем и голо, —
    Давно пора его на слом!
    «Эта явная недообразованность ощущалась им всю жизнь».
    Отдельная глава посвящена истории необычного псевдонима Игоря Лотарева. Князь Олег Сойволский, Квантунец, Изгнанник, Мимоза, Игорь Судский — целый список юношеских псевдонимов. Константин Фофанов в стихотворении «Акварель» писал:
    Я видел вновь весны рожденье,
    Весенний плеск, зеленый гул…
    Но прочитал Твои творенья,
    Мой Северянин, — и заснул.
    В 1907 году Игорь Лотарев стал поэтом Игорем-Северянином.
    Обстоятельно анализируются стихи Северянина, посвящённые событиям Русско-японской войны. «Можно по-разному относиться к стихам юного поэта, но нельзя не уважать горячую искренность патриотического порыва».
    Конечно же, рассказано и о том, как Лев Толстой оценил стихотворение Северянина «Хабанера II»:
    Вонзите штопор в упругость пробки, —
    И взоры женщин не будут робки!..
    Об этом стало известно из очерка писателя Ивана Наживина: «До какого падения дошла русская поэзия! Вокруг виселицы, полчища безработных, убийства, пьянство, а у них — упругость пробки!» После этих слов великого классика Игорь-Северянин стал знаменитым и модным поэтом.
    Северянин очень любил поэзию Мирры Лохвицкой и Константина Фофанова, считал их своими наставниками:
    Я Лохвицкую ставлю выше всех:
    И Байрона, и Пушкина, и Данта.
    В книге Владимира Григорьевича есть также глава «Донжуанский список поэта». В Гатчине, например, он не только влюбился и бросил беременную возлюбленную, но и написал сборник «Громокипящий кубок» (1913). Можно прочитать и письма поэта его единственной законной жене Фелиссе Круут.
    Бондаренко утверждает: «Игорь-Северянин стал основоположником массовой культуры в России. На фоне заумных символистов и изломанных декадентов он быстро вызвал интерес широкой публики. Обладая чутьём на запросы массовых читателей, он начал смело подыгрывать им, при этом умело удерживаясь на грани пародии и издёвки над этим же читателем. Тогда-то он и изобрёл свой грезофарс, соединяя мещанские гламурные грезы с едким фарсом… Куда помещать такие стихи: в раздел сатиры и юмора или в раздел стихов о любви?» «Говоря нынешним языком, поэзия Северянина — это непрерывный троллинг массового читателя».
    Современники много писали о Северянине: восхищались, издевались, иронизировали. Писали о его безвкусии и необразованности, отсутствии широкой культуры. «Так и вырос поэт с мощным стихийным талантом, но без необходимых знаний». Биограф рассказывает о шутовском эгофутуризме, избрании короля поэтов в 1918 году. Глава о Северянине и Маяковском называется «Два великана». Бондаренко уважительно написал и о самом верном ученике Северянина — о Георгии Шенгели.
    После отъезда в Эстонию Северянин отказывается от маски царственного паяца. «Начало XX века вообще несло в себе некую карнавальность, маскарад. Думали, маскарад будет весёлым и радостным, получилось наоборот». Творчество Северянина делится на два периода: эпатажный дореволюционный и лирический послереволюционный. Символом второго периода стал сборник «Классические розы» (1931).
    В Эстонии поэт называет себя не эмигрантом, а дачником. «На место кринолинов и грезерок в поэзию Игоря-Северянина вошла его родная Россия» и Эстония:
    Россонь — река совсем особая,
    Чудотворящая река:
    Лишь воду я ее испробую —
    Любая даль не далека.
    И грезы ломкие и хрусткие
    Влекут к волнующему сну:
    Я снова вижу реки русские —
    Нелазу, Суду и Шексну.
    В 1940—1941 годах появляются стихи, которые биограф называет «сталинским циклом», «сталинским грезофарсом». Например, «Красная страна», «Привет Союзу». Игорь- Северянин умер 20 декабря 1941 года в Таллине.
    Владимир Григорьевич Бондаренко любит своего героя, любит его поэзию. Об этом он и написал свою замечательную книгу. Спасибо!
    Показать полностью
    Светлана Ясинская 24 июля 2018, 20:57

Добавить отзыв:

На сайте включена премодерация отзывов. Ваш отзыв будет размещен после проверки модератором.

С этой книгой часто покупают: