Евгений Шварц за работой. Конец 1940-х годов

Евгений Львович Шварц (1896—1958) — автор взахлеб любимых и в любом возрасте волнующих нас пьес-сказок. «Золушка», «Голый король», «Снежная королева», «Тень», «Дракон», «Сказка о потерянном времени», «Обыкновенное чудо» — это только те, которые стали всенародно известными фильмами, теле- и радиоспектаклями. А всего их больше двадцати пяти и еще одиннадцать киносценариев.

Недавно в серии «ЖЗЛ» вышла книга «Евгений Шварц». В ней воссоздана биография Евгения Львовича не только в событиях и датах, но и в эмоциях, впечатлениях, переживаниях и художественных образах всей жизни. С раннего детства будущий писатель был одарен способностью ярко чувствовать и запоминать. «Запомнил и собаку одного из постоянных гостей дома, и ручных журавлей, живших в соседнем дворе у священника, и веселость своей мамы… Каждая минута, которая оживает ныне передо мной, окрашена так мощно, что я наслаждаюсь и ужасаюсь поначалу, что передать прелесть и очарование тогдашней краски — невозможно. Этому чувству я могу подыскать одно название — чувство кондитерской… Первые, необыкновенно счастливые, полные лаской, сказками, играми шесть лет моей жизни определили всю последующую мою жизнь».

Портрет Шварца работы Н. Акимова

Разумеется, сама эта жизнь не была сплошным лакомством и лаской. При том, что Евгению Львовичу всегда более или менее удавалось зарабатывать на жизнь работой по призванию. При том, что не разразились в его адрес прямые гонения и репрессии, что из блокадного Ленинграда он был эвакуирован в начале первой зимы, а затем снова обосновался в любимом городе, в дружеской литературной среде. И в личной жизни тоже был любим и счастлив. Но талантом сопереживания он был наделен не в меньшей степени, чем талантом писательским. А также способностью замечать даже то, что другие не замечали.

Как это происходило день ото дня — воссоздано в биографии. Обширные цитаты из писем, дневников, отзывов, воспоминаний объединены авторским повествованием в неразрывный жизненный контекст, открывающий нам всю незаурядность и глубину замечательной личности драматурга, философа с богатой душой и уникальным талантом «описывать мир более уютным и добрым, злодейство увлекательным, горе трогательным более, чем они есть на самом деле». Именно в этом его упрекали критики, но именно это стало самым привлекательным и бесценным качеством для поклонников его произведений.

Шварц в обществе юных читателей. Конец 1940-х годов

Меня Господь благословил идти,

Брести велел, не думая о цели.

Он петь меня благословил в пути,

Чтоб спутники мои повеселели.

Читайте также: Юность сказочника

И всё сбылось… Кто не повеселеет от тонкого юмора в репликах его персонажей, таких глубоких и легких одновременно? Кто не почувствует искреннюю поддержку и понимание? Кто не вздохнет с ним свободнее в самую тяжелую минуту? Только тот, кто не смотрел, не слушал, не читал Евгения Шварца.

Очень вредно не ездить на бал, особенно, когда этого заслуживаешь.

Три дня я гналась за вами… чтобы сказать, как вы мне безразличны.

Какое сказочное свинство!

Связи связями, но надо же и совесть иметь!

Это не народ? Это хуже народа. Это лучшие люди города.

Детей надо баловать — тогда из них получаются настоящие разбойники.

Вы привлекательны, я чертовски привлекателен — чего зря время терять?

Разумный кот только с третьего раза слушается, таков наш обычай.

Я начал завидовать рабам. Они всё знают заранее. У них твердые убеждения. А рыцарь… Рыцарь всегда на распутье дорог.

Я вам а) отомщу, б) скоро отомщу, в) страшно отомщу.

С тех пор как его величество объявил, что наша нация есть высшая в мире, нам приказано начисто забыть иностранные языки.

Ты на народ посмотри! Они задумались. Задумались!

Слава храбрецам, которые осмеливаются любить, зная, что всему этому придет конец. Слава безумцам, которые живут себе, как будто они бессмертны.

Как будто мы сами становимся «чуточку бессмертны» с этим автором и его героями. Волшебное чувство! А откуда оно родом — об этом рассказано в книге «Евгений Шварц» Михаила Кунина.

«Книжный класс»